суббота, 2 декабря 2017 г.

Узбекистан: «выскочка» или будущий лидер?

В «списке сделанного» Шавката Мирзиеева есть многое: от приказа милиции применять дубинки «правильно» до многомиллиардных контрактов с зарубежными странами.

При этом узбекский лидер заявляет, что «мы не достигли результатов, которых от нас ждет народ». Может, это такой «хитрый» самопиар?

Год назад, когда после кончины президента Узбекистана Ислама Каримова республику возглавил Шавкат Мирзиеев (официальное вступление в должность состоялось 14 декабря, хотя до этого были еще три месяца в ранге и. о.), от него, в основном, ждали продолжения внутри- и внешнеполитического курса его предшественника с некоторыми послаблениями на «свободы». Считалось, что новый узбекский президент не способен «изобрести велосипед» и будет «катать» республику на старом, слегка перекрашенном. Но за год своего правления Мирзиеев показал такую реформаторскую прыть практически по всем направлениям, что в Узбекистане ахнули. А в соседних государствах Центральной Азии заподозрили, что Ташкент твердо решил стать региональным лидером.

В принципе, в этом нет ничего неестественного, тем более, если такому стремлению сопутствуют соответствующие основания. Однако, с другой стороны, стремление это может породить желание поставить подножку «выскочке» и вызвать к Узбекистану нездоровый интерес не только соседей по ЦА, но и Запада. Судя по пути, по которому пошел Мирзиеев, и по тому, что ему удалось сделать для республики в короткий срок, кажется, его это мало волнует: он занят реформами, налаживанием дружеских отношений с ближними и дальними государствами, обеспечением безопасности страны, привлечением в нее инвестиций и прочими делами, включающими даже (!) демократические преобразования.

Действительно, закрытый прежде авторитарный Узбекистан начинает открываться, но оппоненты Мирзиеева уверяют, что это всего лишь «витринное открытие». Ведь Ташкент по-прежнему придерживается принципа «не кучковаться» в различных военно-политических и экономических объединениях, предпочитая двусторонние связи и свободу действий, которую может ограничить даже самая «свойская» компания с ее внутренним «распорядком» и разборками.

Начнем с внешней политики — ее можно считать едва ли не самым успешным направлением деятельности Мирзиеева. Во-первых, в ходе своего первого государственного визита в Россию он дал понять, что контакты Ташкента с Москвой будут весьма плотными. После встречи с  Владимиром Путиным (переговоры с ним узбекский лидер назвал «беспрецедентными»), стало известно, что стороны договорились о реализации совместных проектов на 15 миллиардов долларов и увеличении товарооборота до 5 миллиардов в валюте США.

«Новый Узбекистан» также налаживает с РФ производство композиционных материалов, металлообрабатывающей и инструментальной продукции; займется развитием кооперации предприятий автомобильной промышленности, поставкой и ремонтом газотурбинного и иного оборудования. И, что главное, к приезду Мирзиеева в Москву Госдума ратифицировала договор о военном сотрудничестве с Узбекистаном. Он предусматривает «благоприятный режим» в производстве, разработке, ремонте, модернизации, утилизации вооружения и военной техники. Из Ташкента уже поступили заявки на поставку российских вертолетов, боеприпасов, ремонт и модернизацию авиационной и бронетанковой техники.

Ну и под «благоприятным режимом» имеется в виду продажа узбекам российского оружия по той цене, по которой она обходится российской армии. Активно сотрудничают стороны и в области безопасности и борьбы с терроризмом. Но никаких ОДКБ и прочих интеграционных структур, включая ЕАЭС! Пока это принципиальная для Ташкента установка.

Заключены при новом президенте Узбекистана экономические договоры с Китаем — их порядка ста. Речь идет о торговых и инвестиционных сделках на 22 миллиарда долларов. Кроме того, Туркмения согласилась на выход узбекских грузов к своим портам на Каспии. Наладились отношения Ташкента с Бишкеком — давний пограничный спор, так или иначе, решается. Наблюдается значительный рост деловой активности с Казахстаном. В общем, региональная дипломатия Мирзиеева дала качественные плоды.

Добрался он также до Турции и США и, что актуально на данном этапе, имея в виду новаторские амбиции узбекского лидера и его страсть к высоким технологиям, — до Южной Кореи. Здесь буквально несколько дней назад он заключил более 60 контрактов и соглашений на 10 миллиардов долларов. О серьезности визита в эту страну можно судить и по его продолжительности — четыре дня! В некотором роде Сеул может стать «противоядием» для экономической экспансии Китая в Центральной Азии вообще, а в Узбекистане — в частности.

Но дело не только в этом, а в том, что Южная Корея, в отличие от России, США, Китая и Турции, не одержима манией доминирования едва ли не на всем земном шаре, но при этом располагает и финансами, и технологиями. В Узбекистане южнокорейские специалисты уже приступили к внедрению цифровизации национальной экономики и систем государственного управления. А взамен Сеул может получить отсюда сырьевые ресурсы. Не случайно именно корейцы разрабатывают в республике месторождения кремния, вольфрама, золота, не говоря уже о разведке нефти и газа и приобретении узбекского урана. Есть проекты и «полегче» — в Узбекистане будет налажено производство автомобилей Hyundai. Стоимость этого начинания оценивается в 200 миллионов долларов. Кстати, Южная Корея издала на своем национальном языке книгу «Президент Республики Узбекистан Шавкат Мирзиеев». Немалая честь для человека, который и года не провел в качестве главы государства.

Заметно меняется жизнь и внутри Узбекистана. Первыми на себе ощутили новые порядки местная милиция и прокуратура: президент вменил им в обязанность регулярно отчитываться по телевидению о результатах их работы. К нововведениям в силовом секторе добавился законодательный запрет стрелять по детям, женщинам, инвалидам и даже по преступникам, если они находятся в толпе людей. Пытки подозреваемых строго запрещены. Бить резиновой дубинкой можно, но не куда попало, а по определенным местам. Все безобразия узбекской милиции (а их всегда было в избытке) отныне должны отслеживать камеры наблюдения. А если кто из силовиков или чиновников любого ранга не оказал должного внимания «простому человеку», последний может пожаловаться, позвонив «куда следует» — для этого выделены специальные телефонные номера. Впрочем, пока правозащитники видят еще много «недоделок» в этой сфере.

С приходом Мирзиеева в президентство стали работать и так называемые «народные приемные» — в них может обратиться каждый со своей просьбой к власти. Отсутствие оперативного реагирования на «глас народа» уже стоил должности нескольким чиновникам. Коснулись реформы и системы здравоохранения, причем весьма масштабно. Охватили они и банковский сектор — узбеки научились пользоваться банкоматами, которых раньше в республике вообще не было, а также получили право легально приобретать валюту: раньше ее можно было добыть на черном рынке, и с большим риском. Кроме того, либерализована система выезда из страны и въезда в нее. Впрочем, еще не до конца.

В Узбекистане из всех соборных мечетей страны зазвучал азан — призыв к молитве. Это знаковое событие для мусульман, которого они были лишены на протяжении многих лет. В республике с 2065 мечетями право на открытое выражение религиозных чувств строго дозировалось и считалось едва ли не крамольным. Теперь исламу дали послабление — Мирзиеев согласился и на увеличение квот для совершения хаджа и паломничества в Мекку. Милиция уже не разгоняет верующих с вечерней молитвы, которая официально продлена на несколько часов, и несовершеннолетних верующих в мечети впускают — раньше это было категорически запрещено. Пересматривается также «черный список» мусульман, многие из которых попали в него ни за что, ни про что.

А летом в Ташкенте началось строительство Центра исламской культуры. Разумеется, Узбекистану необходимо и адекватное религиозное образование, чтобы не было нежелательных «перегибов», но Мирзиеев вряд ли даст маху в этом деле: пример соседнего Ближнего Востока поучителен. Он допустит в республике только легальный ислам, сотрудничающий с государством и не претендующий на политическое влияние.

Но вернемся от божественного к земному. Президент Узбекистана проводит политику активной индустриализации страны, включая ее самый чувствительный сегмент — хлопководство. Ни для кого не секрет, что и во времена СССР, и в период независимости сбор хлопка был настоящей каторгой для женщин — ведь именно они собирали его преимущественно вручную, нанося огромный вред своему здоровью. Практиковался и детский труд. Мирзиеев, как видно, решил с такой дикостью покончить, и начал с производства самой республикой хлопкоуборочных машин. Результат уже виден, впрочем, и здесь, по мнению тех же правозащитников, еще далеко не все в порядке. Кстати, хлопковые поля планируется заменить там, где их урожайность была низкой, угодьями под огородные и фруктовые культуры. В общем, в сельском хозяйстве начались и другие преобразования, ориентированные на увеличение экспорта и развитие отечественной фармакологии.

Известны также усилия президента Узбекистана по созданию в стране военно-промышленного комплекса — для этого создан государственный орган, ответственный за реализацию единой политики в области обороны. Кроме того, развивается частный бизнес — под него и под проекты индустриализации ведущие немецкие банки стали выделять Узбекистану сотни миллионов евро. В сумме их кредитная и инвестиционная помощь перевалит за 2 миллиарда евро.

В общем, для иностранного капитала открылись в Узбекистане хорошие возможности. А на продолжение внутренних реформ нужны «свободные» деньги и поддержка правящей элиты страны. Получит ли ее Мирзиеев в той мере, в которой это необходимо — большой вопрос. Уже сейчас узбекская «верхушка» выражает недовольство многими инновациями, включая «излишнюю свободу» местных СМИ, которая, действительно, в диковинку такому привычно авторитарному государству, как Узбекистан. То есть Мирзиеева вполне может «тормознуть» на либеральности его же команда, и тогда при наилучшем сценарии республика пойдет по пути Южной Кореи, Китая, Тайваня — населению «откажут» в демократии, но предложат экономическое процветание.

Пока же спорить с тем, что за год Узбекистан претерпел серьезные изменения в сторону усиленного развития, не приходится. Главное, чтобы на их продолжение хватило средств, и чтобы на республику не началось массированное внешнее давление: Ташкенту могут не простить его равную политическую удаленность от мировых центров силы, независимость во внешней политике и оттачивание искусства политического лавирования.

Какова задача Мирзиеева в этом плане? Это соблюдение политического и экономического баланса между Россией, Китаем и Западом. Балансу во многом может способствовать отказ Узбекистана от вхождения в различные альянсы как прозападного, так и проевразийского толка. Впрочем, Россию в этом плане может разъярить безоговорочная ориентация Ташкента на антагонистичный ей политический центр, но, думается, что особых волнений у нее на этот счет нет. РФ и Узбекистан прочно «повязаны» общей проблемой и ее решением: это обеспечение безопасности, защита границ, борьба с терроризмом.  А то, что Узбекистан ориентирован на развитие, Россию огорчать не должно: скорее, это «обидно» для его региональных  соседей, которые постараются не допустить доминирование Ташкента в Центральной Азии. Вот тут-то и может возникнуть конфликт интересов, который дипломатичный Мирзиеев всячески старается предотвратить.

Отметим также, что он не забывает президента Ислама Каримова и чтит его память, хоть и отклонился от курса, который долгое время проводил его наставник. Так, в Узбекистане пройдут юбилейные мероприятия по случаю 80-летия со дня рождения Каримова. В Самарканде откроется мемориальный комплекс покойного президента, в Карши ему установят памятник, «Узбеккино» снимает документальный фильм о жизни и деятельности Каримова. В общем, он будет увековечен по-разному и на разных «площадках».

Доволен ли сам Мирзиеев годом своего президентства? В конце ноября в Ташкенте состоялось совещание, посвященное совершенствованию деятельности кабинета министров страны и усилению ответственности чиновников. Можно считать, что новый лидер устроил правительству мощное промывание мозгов и предъявил ему множество претензий. Самовосхвалением он не занимался, сравнением года его правления с годами предыдущими — тоже, не было никакой саморекламы.

Год деятельности нового правительства, заявил он, заканчивается, и пришло время отчитаться перед народом: «Следует открыто признать, что мы еще не достигли намеченных результатов и результатов, которых ждет от нас народ». Согласимся, что Мирзиеев слишком скромно оценил год своего правления. Он поставил перед кабмином несколько задач — в том числе, широкое внедрение в практику научных достижений, высоких технологий, повышение качества и уровня жизни каждого гражданина страны.

Что готовят Мирзиееву и его стране последующие годы президентства, предугадать пока невозможно, поскольку удачный старт может сыграть как на его успешное продолжение, так и на «обрезание крыльев» реформатору, отличающемуся к тому же твердостью убеждений в вопросах, касающихся, в первую очередь, внешней политики и безопасности. И во вторую — убежденностью в том, что Центральная Азия с ее междоусобицами должна стать стабильным, экономически развитым и процветающим регионом. А это точно устраивает далеко не всех.

Место: Узбекистан
Только правда оскорбительна...

Архив